Автор Тема: Сказки в "бизоновском переводе"  (Прочитано 13111 раз)

Оффлайн Bisonъ

  • админъ
  • Заслуженный участник форума
  • Сообщений: 4330
    • этот
Сказки в "бизоновском переводе"
« : 20 Февраля 2006, 03:20:32 »
***Примечание: «В бизоновском переводе» означает, что переведено не самим Бизоном с какого - нибудь языка. Для этого существует товарищ Иеска. Бизоновская только редакция.
Как было написано у нас музыкальной школе на каком - то плакате "Музыку создаёт народ, а мы - композиторы, только её оранжируем". Типа того.

История про то, как у индейцев появились лошади\

(Легенда племени пиеганов)

Короче говоря, жили-были пиеганы. Давным-давно это всё было, так что жили хреново, не то, что сейчас. Сейчас-то они в Америке живут, а там известно, какая жисть. А тогда и Америки-то не было. Непонятно, где они и жили-то, пиеганы эти, но уж точно как-то перекантовывались, наверное, раз об этом теперь рассказывают легенды, и даже снимают фильмы.

И вот, давным-давно, говорит как-то один пиеганин другому пиеганцу: «– Василий Иванович, – говорит, – а хреновая у нас жисть какая-то без лошадей!» «Да, – говорит ему другой пиеганец, – никак не получается без них, чтобы командир располагался впереди всех, да на белом коне!»

На том и порешили. Остальные тоже как-то быстро в этом мнении утвердились, потому как оно, такое положение вещей, и в самом деле никуда не годилось. Ни тебе бизоньей охотой, понимаешь, заняться, ни просто так по ястребиному вскочить на коня, а потом по ястребиному же соскочить обратно.

Прошло ещё некоторое время, и жить стало вовсе невмоготу. Опять же подлый враг кругом притаился, везде разруха и гражданская война. И послали тогда одного пиеганца в разведку, чтобы разузнал в конце-то концов, что там и как. А то сколько уже можно так, чтобы непонятно как.

Через некоторое время тот возвратился. Про него уже и думать забыли, думали всё. Кранты, думали. А он нет, гляди-ка ты, возвратился. Живёхонький. Его обступили все толпой, говорят: «Ну чё там, давай рассказывай, не томи!» А он, понятное дело, сперва давай выпендриваться, важность свою показывать. Ну там туда-сюда, потом всё-таки рассказал, что ходил чёрти куда, сам даже толком не помнит, и видел тоже непонятно кого, но в доказательство готов предъявить шкуру неизвестного животного, которое называется по-пиегански лосесобака, а по-нашему – кобыла. Пиегане-то, они народ тёмный в ту пору были, не знали, что бывает такое животное – кобыла. А лося знали, потому что лосей тогда было не то, что теперь, только на дорожных знаках. А собаки – они везде и завсегда были, и не передохли окончательно вплоть до сегодняшнего дня. Куда им деться-то? Это тебе не лось. Потому и лосесобака, а не наоборот, собаколось.

Ну, этого, который в разведку ходил, сразу же в звании повысили, зауважали, одним словом. Всё-таки хоть что-то, а то ведь совсем ничего же раньше не было, никакой такой даже синицы в небе. Не говоря уже об журавле в руке. А так хоть лосесобакина шкура, а там глядишь, ещё что появится. Дело наживное. Народ гуляет, песни поёт.

Потом всё как-то поутихло само собой, и опять наступили суровые фронтовые будни. Опять надо посылать кого-то в разведку. Который-то первый ходил – он ни в какую. «Я, – говорит, – что, крайний, чтоб всё время собой рисковать, да и прав таких у вас нету. Другого кого, говорит, посылайте, поищите такого дурака.»

Дурака нашли одного, и отправили в разведку, но только он то ли вправду был дурак, или ещё что, да только в расположение не вернулся, пропал без вести. Спустя время ещё одного послали – тот же коленкор.

А был там ещё пацан такой, глухой от рождения, его даже с довольствия сняли и в наряды не ставили. Какой от него толк. Сирота, одним словом. Не годен к строевой службе в военное время, что тут скажешь. При кухне всё время кантовался, а где ж ему ещё быть, жрать-то хочется. Так и прокуковал бы там всю гражданскую войну, да только оно по-другому-то всё обернулось. Вот какая с ним история приключилась: Прошёл он как-то мимо того, которого первый раз в разведку посылали, и честь воинскую не отдал. Другой бы и не сказал ему ничего, да и не обязан он был по уставу честь никому отдавать, потому присягу не принимал. А этот, который в разведке был, к тому времени совсем страх потерял. Важный такой всё время ходил, ни с кем не здоровался, только ему чтобы все честь отдавали. Ну и докопался он до этого пацанёнка, говорит, почему это вы, товарищ рядовой пиеганоармеец, честь воинскую мне не отдаёте? Тот, понятное дело, не понимает, глухой ведь. Ну этот, первый, долго не задумываясь как даст ему кулаком в глаз – прямо искры оттудова посыпались – и пошёл дальше, напевая себе под нос строевую песню. Пацанёнок стоит, плачет, и тут вдруг бац! Оказывается, у него в ушах пробки какие-то были, не мыл он их, наверное, или ещё чего. Вот через эти пробки он и был, оказывается, глухой. А теперь как в сказке – немой прозрел, слепой заговорил! Ну, думает пацанёнок, я вам покажу теперь, где лосесобаки зимуют!

И сам отправился в разведку. В одиночку, огородами пересёк линию фронта. А его и не спохватился никто, кому он такой нужен, даже если и не глухой, всё одно – сирота казанская!

Спустя некоторое время, непонятно какими судьбами, выбрался он к озеру. Это ж чёрти куда попал, потому на родине у него никаких таких озёр не водилось, одна только волчья река Ящур. Сел и сидит на берегу. И тут выходит ему навстречу из озера Подводный Дух: «Чего ты тут расселся, как сестрица Алёнушка? Докумэнти имеются?» «Потому что какое твоё дело, чего я тут расселся. Значит, надо. А есть я боец Красной Армии, без никаких таких документов, сам по себе. Сирота».

Не испугался, одним словом. А Подводному Духу это понравилось, потому что все остальные его боялись, а поговорить за подводную жисть не с кем в случае чего. «Идём, говорит, сирота, ко мне в гости.» И повёл его в подводное царство. Только, говорит, ничего не боись. Потому родственники у него там имелись, все шибко строгие. У одного вместо ног – копыта, только он их ни кому не показывал, скрывал под накидкой.

А пацанёнок в обстановке не растерялся, хвать его за эту накидку. А там копыта как у невзоровой лошади! Конфуз. Делать нечего. Раз застигли его врасплох, у них там-то такой порядок был, что подарить он должен теперь подарок этому пацанёнку. У нас такого обычая сейчас нету, а у них, значит, такой порядок тогда был. Кто их знает. Черти же, натурально!

Привёл этот, с копытами, пацана на ихнее подводное поле, засеянное мёртвыми костями, а там целый табун лосесобак пасётся, на всю дивизию хватит. Бери, говорит пацаненку, коня, и проваливай на все четыре стороны, только не оглядывайся, а то я передумать могу. Строгий мужик оказался, хотя и справедливый. Ну, пацанёнок, не будь дураком, вскочил на коня, и всех остальных тоже увёл за собой из подводного царства. Им тут, думает, столько коней всё одно без надобности, а нашим там фронт держать надо с иксплататорами трудового народа! И пригнал всех до единого в родную дивизию, и сам как орёл впереди, на лихом коне!

«Ай да молодец, Петька, – сказали ему. – Будешь ты теперь ординарцем у самого батьки Василия Ивановича!» А которого первого в разведку посылали, назначили отставной козы барабанщиком, коровам хвосты крутить, одним словом. Ведь это он почему тогда шкуру лосесобаки принёс? Когда увидал он Подводного Духа, до того в штаны наложил, что тому прямо неудобно стало, до того напугал человека. «На, говорит, хоть шкурой прикройси, срам-то какой.» И отдал ему шкуру, а тот схватил, да как дал дёру, а потом в кукурузе отсиделся, привёл в порядок обмундирование, пообчистился туда-сюда, и гляди – герой.

А родная дивизия стала с тех пор бить белых гадов по всем фронтам, пока не освободила от интервентов всю пиеганскую рабоче-крестьянскую республику. Сам-то красный командир Василий Иванович не дожил до той поры маленечко, утонул в реке Ящур, потому как сильно подранили его отступающие интервенты из пулемёта в колено. А Петька остался заместо его, сам стал красный командир, лихой боец. В честь его и город назвали, Красный Петроград. Там потом Пау-Вау стали проводить, а от них и в Америке повелась такая мода. Только по-ихнему «Пов-Вов» говорится. А так всё одно безобразие, что и у нас.

А на Пау-Вау завсегда лошадей приглашают. Чтоб, значит, в память о тех революционных временах, когда помогли они нам в трудную минуту в борьбе за освобождение всего человечества. За это им от нас низкий поклон и наше с вами всенародное почтение. Митакуе, как водится, оясин, а кто слушал – смысел ясен.


« Последнее редактирование: 27 Марта 2012, 23:35:22 от Bisonъ »
Я нашёл вам сокровища, а вы проворонили шхуну. Не желаю быть капитаном у таких дураков!"(с)

Tokala Chikalawin

  • Гость
Re: Сказки в гоблинском переводе
« Ответ #1 : 20 Февраля 2006, 14:59:32 »
Ой, Бизон, эта фотогрфия - откуда? Прелесть какая :) :D! А приглашать лошадей на Пау Вау - очень хорошая идея  :)!

Оффлайн Свейнхильд

  • Участник форума
  • Сообщений: 808
  • ушастый наемнег
Re: Сказки в гоблинском переводе
« Ответ #2 : 20 Февраля 2006, 17:06:40 »
Случаем не покойная ли это лошадь тов. Мальборо и Рашида? та, что в на Толмачево была?
Обменяю серебряный поясной набор на красивого мальчика-раба... можно б/у

Оффлайн Bisonъ

  • админъ
  • Заслуженный участник форума
  • Сообщений: 4330
    • этот
Re: Сказки в гоблинском переводе
« Ответ #3 : 20 Февраля 2006, 18:38:10 »
Она самая.Это Мичман, царство ему небесное, он ещё в Сосновом Бору был, только ему тогда не додумались жопу под аппалузу выкрасить, а тут вот додумались...Наверное, чтобы почувствовал себя индейской лошадью...
Я нашёл вам сокровища, а вы проворонили шхуну. Не желаю быть капитаном у таких дураков!"(с)

Оффлайн Bisonъ

  • админъ
  • Заслуженный участник форума
  • Сообщений: 4330
    • этот
Re: Сказки в гоблинском переводе
« Ответ #4 : 21 Февраля 2006, 07:48:24 »
Это "причёсанный" вариант сказки про черепаху, который мы с Иеской хотели предложить детскому издательству...


Однажды Черепаха собралась пойти в военный поход,  и стала искать тех, кто бы смог бы пойти с нею.
Ведь в то время, как теперь, практически никто не ходит в военные походы в одиночку, для этого дела нужны надёжные помощники, желательно, чтобы это были верные друзья. Но если их поблизости не оказалось, а вам срочно нужно сходить в военный поход, сойдут и обыкновенные приятели, был бы лишь только у них порох в пороховницах .
  И вот, пришёл к Черепахе Кролик, и сказал, что хотел бы пойти с ней. Черепаха сказала: «Ну-ка пробегись, я посмотрю на тебя, и если ты подойдёшь -  мы вдвоём с тобою пойдём».
Вообще-то черепахи обычно не доверяют кроликам. Про это даже поговорка такая индейская есть, которая в переводе звучит так «гусь свинье не товарищ».В том смысле,что кролик черепахе не товарищ .Как в последствии и выяснится…
 И Кролик побежал. Бежал очень быстро, но черепаха сказала –  медленный ты, задерживать будешь ты меня! Не пойдёшь со мною! И Кролик с тяжёлым сердцем ушёл.
А всё потому, что забыл пословицу про гуся, свинью, кролика и черепаху. И ещё одно – надо было первому идти в военный поход. Тогда, во-первых -  история называлась бы «Кролик идёт на войну». А во-вторых - с тяжёлым сердцем ушла бы Черепаха.
 И вот Черепаха выбрала медленных животных – Жабу, Жука, Скунса, Стрекозу, Мышь, Завязку для типи и Комара.
Да, чего только не сделаешь, чтобы доставить какому-нибудь Кролику пару приятных минуток!
 Их она только с собою взяла, и пошли они на войну.
Вот Кролик-то, наверное, обозлился! И разобиделся окончательно, и ушёл далеко-далеко с тяжёлым сердцем,  потому как дальше про него в этой сказке нет ни слова, хотя, как мы уже говорили, всё могло бы быть наоборот. Сам, короче говоря, виноват. 
День выдался очень жаркий, и Жаба умерла от жары, и пошли они дальше без неё, оплакивая ту умершую Жабу.
Крокодиловыми слезами. Всё же делалось, чтобы позлить того, про которого в сказке больше не будет ни слова…
 И вот подошли они к месту, где было очень много жидкой грязи. Идти пришлось ,чавкая в этой грязи. И от ходьбы такой Жук взял, да и развалился надвое. И пошли они без него, оплакивая его.
Кого-то, наверное, потихоньку начинала мучить совесть, хотя про это в истории тоже ни слова.
 И у Стрекозы от такого плача даже голова отвалилась.
Раньше, раньше надо было думать головой, Стрекоза!
 Голова отвалилась, и она умерла…и пошли они дальше без неё.
На всякий случай, уже не оплакивая никого, вдруг ещё у кого-то голова  отвалится.
В армии у нас так говорили: « Ваш бессмысленный поступок может привести к гибели больших человеческих жертв!»
Шли они, шли, и  до густого леса дошли. Завязка от типи стала цепляться за деревья, и один раз даже так зацепилась, что умерла.
Ну разве можно так цепляться за деревья! Тут уже Черепаха не при чём, тем более -  Кролик с тяжёлым сердцем. 
И дальше они пошли только вчетвером – Скунс, Мышь, Комар – с ними шла Черепаха.
Интересно, в каком настроении теперь пребывала эта весёлая компания?
И вот пришли они в селение. Пришли, и стали бродить меж  типи в ночи.
Селение, скорее всего, было вражеским, хотя об этом, наверное, ещё не догадывалось.
В центре стоял большой типи. Они подошли и заглянули внутрь. Там человек какой-то в одиночестве лежал и спал.
Он тоже, скорее всего не догадывался, что его угораздило поселиться во вражеском селении, да ещё и заснуть там!
 Черепаха зашла и откусила человеку голову.
Без лишних разговоров. Чтобы знал, где раки зимуют. Хотя чем теперь он будет это знать?   
И они ушли.
После этого происшествия, скорее всего, настроение у друзей резко улучшилось.
 Долго-долго они шли, и,  наконец, сели, чтобы отдохнуть, и
попеть победные песни. 
О чём и речь. Сделали наконец-то хорошее дело, откусили условному противнику голову!
И вот за ними послали  погоню, и схватили Скунса.
Так оно, в принципе, всегда. За всё хорошее в жизни приходится платить.
 Черепаха через некоторое время тайком вернулась в посёлок,
кажется, впервые в этом персонаже проснулись какие-то светлые чувства, во всяком случае до этого они не проявлялись. А эдак, через некоторое время, её даже можно будет и  зауважать!
 а там валялся старый котёл.
Типичная ситуация для индейских деревень. Повсюду валяются старые котлы, пустые бутылки и пластиковые упаковки. А говорят ещё, что во всём виноваты бледнолицые…
 И вот она в него залезла и затаилась, а Мышь с Комаром убежали.
Быстрее, наверное, чем Кролик.
 А Скунса-то как раз в плен живым захватили, и поместили в каком-то типи.

И вот зажгли в этом типи большой костёр, и стали его совать в огонь головой. И он  там страдал от дыма и  сильно кричал.
В Северной Америке живут такие специальные огнеупорные скунсы, которые не боятся огня. Единственный недостаток этой модели – плохая переносимость дыма. Для борьбы с этими грызунами  были изобретены специальные дымовые шашки.
Черепаха услышала его, и стала от злости рычать.
Это же кто угодно испугается. Представьте себе, как вдруг зарычит какая-нибудь черепаха. Волосы дыбом встанут от неожиданности! И мороз непременно пойдёт по коже.
 В это время какая-то старуха ночью вышла из типи, и подошла к котлу в котором лежала Черепаха…
Наверное любопытство одолело старушку. Столько времени, валялся возле типи старый котёл, и ничего, а тут вдруг включился заработал…
  И захотела взять этот котёл, а Черепаха вцепилась ей в руку.
Про это тоже есть старинная индейская поговорка, которая в переводе звучит «любопытной Варваре на базаре нос оторвали»
 Прибежало множество людей, и стали рассуждать, как её отцепить.
Это была индейская команда спасателей 911.
 Затащили внутрь, но челюсти у Черепахи  слишком сильные . Не смогли её отцепить!
А помните, ещё была такая черепаха – Тортилла, у которой  никак  не могли отобрать золотой ключик. Тоже, наверное,у неё были сильные челюсти.
 И вот принесли её в самый большой типи, расселись вокруг, разожгли большой костёр, и стали рассуждать – как бы её отцепить. Но ничего не смогли решить.
Наверняка пробовали и в костёр головой совать, и дымом травить, как скунса, но всё без толку.
 Наконец один человек сказал: «Давайте её пощекочем». (так и поступили.) Черепаха засмеялась и отпустила старуху. Тогда другой человек взял топор и решил расколоть черепаху. Но топор скользнул по панцирю и впился в колено третьего человека, который сидел рядом.
Теперь понимаете -  почему все ходили против этих людей на войну? Это же позор индейской нации – черепаху даже, как следует,  расколоть не могли топором! И это знаменитый народ метателей томагавков.
 Человек зарычал от боли, взял черепаху и подвесил её к верхушке типи. И тогда черепаха упала на голову другому человеку,  расколов ему череп.
Лучше надо привязывать черепах, которые запросто откусывают головы. 
Теперь стали рассуждать -  как бы её убить. И никак не могли решить – как?
Вопрос, потому что, был сформулирован неправильно. Надо было решать – чем?
 Какой-то человек сказал – давайте завернём её в большое одеяло, положим туда несколько камней, и бросим в глубокую воду. Тогда она, наверное, умрёт.
Наверняка этот способ он в детстве пробовал на каких-то своих знакомых или зверушках, и всё тогда у него получалось…
 И Черепаха сильно заплакала, и стала прибедняться – просить, чтобы её пощадили, и чтобы так не делали, ведь она же пленница. Но на самом деле это она их обманывала, ведь она знала, что ей всё равно захотят отомстить. И   поскольку её решили бросить в воду - она знала, что будет жива, ведь черепахи живут в воде.
Точно-точно, в огне не горят, и в воде не тонут. Только это в Америке жили раньше такие черепахи, а у нас такие не водятся. Так что не стоит даже пытаться проделывать это с вашими знакомыми черепахами – не пройдут они испытаний. И топором тоже не надо их раскалывать – пусть себе дальше живут! 
   И вот, всё-таки решили её бросить в воду, хотя она и прибеднялась. Завязали в одеяло, принесли камни и пошли к самой глубокой воде.
Неужели к Марианской впадине?!
 Бросили её туда, а черепаха разгрызла одеяло, и вот – она уже веселится в воде!
И поёт песенку про Жёлтую Субмарину!
Плавала она плавала, а люди говорили, что она умерла. А скунса всё это время мучили дымом.
Видимо народ разделился по интересам. Одним интереснее в свободное время топить животных, а другим – мучить их дымом. Против таких людей и в самом деле следует как можно чаще ходить на войну.
 И вот Скунс сказал: «Я услышал, что Черепаху убили. И раз мы вместе  пришли на войну, то я хочу умереть тоже. Будет справедливо, если вы убьёте нас обоих – сказал он.
Ведь скунс услышал, что черепаху бросили в воду, и говорили про неё, что она умерла. Но он только смеялся про себя,  зная, что она выжила, и искал способ самому освободиться. И он сказал – если вы найдёте огромную нору, и меня туда головою засунете – я обязательно умру. Так сказал он. И как только он им это сказал -  они пошли искать нору, и вскоре нашли очень глубокую нору.
Фантазия этих людей, видимо, к тому времени уже совсем истощилась, или они вместе со скунсом наглотались дыму.
Притащили туда Скунса, и собрались все около норы. Засунули его головой вовнутрь, обступили нору вокруг, и стали ждать.
Дальше идёт очень трудный перевод. Общий смысл таков, что если засунуть голову Скунса в нору,  на поверхности останется то, что у скунсов расположено с другой стороны туловища. И это что-то стало открываться…
…а люди сказали – это он наверное умирает. И все придвинулись ближе и стали ждать – что же будет дальше. И вот вдруг …
Опять непереводимая игра слов, хотя и так можно догадаться, что же было дальше…
 и все, кто стояли вокруг получили это в свои глаза. А Скунс убежал в нору. И которые стояли вокруг, и у кого оказались забрызганы глаза – все ослепли. Ведь если всякая ерунда, да ещё и от скунса, попадёт в человеческие глаза – бывает очень и очень плохо.
Скорее всего – очень распространённый случай из индейской жизни. Иначе зачем надо было бы специально оговаривать этот момент в сказке? Можно подумать, что когда человеку откусывают голову, или топор попадает в колено – всё это не идёт ни в какое сравнение со скунсовым бактериологическим оружием.
 
И вот они стали пытаться раскопать нору,
те, кто стояли в задних  рядах и остались в живых
 но уж очень она была глубока – так и  не смогли.
Тут и сказочке конец.
Итак, то, что Черепаха ходила на войну всего с четырьмя друзьями против целого вражеского селения –было большой храбростью. То, что её пытались расколоть топором, но не смогли – это была её боевая рана. Скунс множество человек ослепил с помощью своего...
бактериологического оружия.
Комар перекусал множество человек, и этим заработал себе подвиги.
Он, кстати, до сих пор не вернулся из того военного похода, так и остался там жить. До сих пор всех кусает, ещё и друзей своих позвал – таких же комаров - вахаббитов.
 Мышь залезала во вражеские типи, и неистово набрасывалась на вещи, которые там были, и прогрызала их, и этим заработала себе подвиги.
А мышь всё-таки вернулась из похода, но ей так понравилось ходить на войну, что она время от времени отправляется туда в свободное от работы время. Со временем она обленилась, и перестала разбирать – где вражеские типи, а где дружеские.

И вот все, кто ходили с черепахой на войну – все заработали подвиги, а черепаха стала военным вождём с четырьмя подвигами.
Это всё равно, что четырежды Герой Советского Союза!
Или, на худой конец, четырежды Герой России.
  И никого из них не убили.
Те, кто не дошёл до вражеского селения – не считаются. Не смогли даже умереть как следует, не стоит про них даже и вспоминать.
 Все вернулись живыми, и хотя людей было много  - некоторых они убили, а на некоторых заработали подвиги. И за ту войну, которую вела Черепаха, её считают теперь очень храброй. 
А Кролик хотя и ходил потом в военные походы, и тоже зарабатывал подвиги, но на это как-то уже не обращали внимания, и его до сих пор не считают храбрым. Вот что значит все дела делать вовремя! Чего и вам желаем, уважаемые дорогие ребята.
   

« Последнее редактирование: 27 Марта 2012, 23:52:24 от Bisonъ »
Я нашёл вам сокровища, а вы проворонили шхуну. Не желаю быть капитаном у таких дураков!"(с)

Оффлайн Bisonъ

  • админъ
  • Заслуженный участник форума
  • Сообщений: 4330
    • этот
Re: Сказки в "гоблинском переводе"
« Ответ #5 : 22 Февраля 2006, 11:51:43 »
Смех - сепаратор напряжения (молитва элдера).
Товарищ из Америки прислал текст, который ходит у них в виде рассылки. Я сразу вспомнил тему на форуме ПА «Молитва элдера». Судя по всему, это оттуда же. Как обычно «зарядил» в электронный переводчик, т.к. по французскому в школе ,как положено, имел здоровенный кол, а английского и вовсе не учил. Сразу же убедился, что не ошибся в выборе жизненного пути, т.к. если бы я знал английский, то просто тупо перевёл бы текст, и смысл его (заключающийся в том, что это всё – полная ахинея) непременно бы ускользнул. А с помощью замечательной программы «электронный переводчик» всё сразу становится на свои места. Такие фразы, как «смех – это сепаратор напряжения» вообще должны войти в историю. Предлагаю всем дзен – буддистам присоединиться и помедитировать вместе со мной над замечательным текстом: 

Размышление Старшего Дня - 17 февраля
>
> "Тишина и самообладание проникают полнота нашего
> жизни. " - Лэрри П. Эйткен, CHIPPEWA
>
> TheCreator дал нам всему Красную Дорогу, и на этой Красной Дороге мы обязаны
> думать, и действовать духовным способом. Чтобы удостовериться я провожу меня согласно
> Красная Дорога, я должен удостовериться, что я развиваю мой сам дисциплина. Сам контроль(управление)
> работы лучше всего, когда мы молимся относительно храбрости и власти(мощи) t, делают желание Больших
> Дух. Мы находимся здесь на земле, чтобы сделать желание Большого Духа.
> Иногда, мы должны бороться против нас, чтобы сделать это.
>
> "смех - потребность в жизни, которая не стоит много, и Старые
> сказать, что одно из самых больших полномочий заживления в нашей жизни - способность к
> смех. "
> - Лэрри П. Эйткен, CHIPPEWA
>
> Смех - хороший сепаратор напряжения. Причины смеха, излечивающие полномочия быть
> распределенный через наши тела(органы). Смех помогает излечивать отношения, которые
> наличие проблем. Смех может изменить(заменить) других людей. Смех может зажить
> больной. Смех духовен. Один из самых больших подарков среди индийских людей
> была наша способность смеяться. Юмор естественен для индийских людей.
> Иногда единственная вещь, оставленная, чтобы сделать - смех.
>
>

Я нашёл вам сокровища, а вы проворонили шхуну. Не желаю быть капитаном у таких дураков!"(с)

Tokala Chikalawin

  • Гость
Re: Сказки в "гоблинском переводе"
« Ответ #6 : 22 Февраля 2006, 21:02:26 »
Бизонъ! ;D Не используй больше этот переводчик ;D... Давай уж лучше я тебя и английскому, и французскому обучу :). Ато это же - жуть  ;D ;D ;D

Оффлайн Bisonъ

  • админъ
  • Заслуженный участник форума
  • Сообщений: 4330
    • этот
Re: Сказки в "гоблинском переводе"
« Ответ #7 : 25 Февраля 2006, 22:46:05 »
Что, прямо вот так приедешь и научишь английскому?А одна или с кузнецовым?
Я нашёл вам сокровища, а вы проворонили шхуну. Не желаю быть капитаном у таких дураков!"(с)

Оффлайн Bisonъ

  • админъ
  • Заслуженный участник форума
  • Сообщений: 4330
    • этот
Re: Сказки в "гоблинском переводе"
« Ответ #8 : 27 Февраля 2006, 14:21:11 »
Спящий Енот в своё оправдание за попытку перехода в гровантры прислал интересный и поучительный рассказ, напоминающий ситуацию с Пау Вау  под Санкт – Петербургом, и отток от индеанизма людей, разочаровавшихся в индейских ценностях. Признайтесь, кого хоть раз не посещала мысль «А пошли они, эти индейцы…». (конечно, никто всё равно не признается). Или другой аналогичный случай был с нашей полковой лошадью: когда надо позвонить кому – то из индейских друзей по телефону, а трубку берёт мама, и слова «Позовите пожалуйста Кровавого Томагавка» прямо – таки застревают в горле. А вдруг мама Кровавого Томагавка не знает, что её сынишку Андрейку зовут на самом деле Кровавый Томагавк? Или как должна восприниматься фраза «Взял Ружьё Под Водой дома?».
Тяжела и неказиста жизнь советского индеаниста.
Кстати, у кого ещё нет индейских имён. В рассказе есть хорошая подборка. Можете не сомневаться – это самые что ни на есть настоящие индейские имена. Заявления на присвоение очередного индейского имени присылайте в редакцию. Имеется гибкая система скидок. Перевод на лакота бесплатно. Конфиденциальность гарантируем! ;)



Жизнь индейцев.
Великий Змей маялся бездельем и не знал о чем говорить с Гремучей Рекой
- Белая акация расцвела. - решил поговорить он о природе.
- Что вы говорите? - ахнула Гремучая Река - Белая Акация расцвела? Ей же еще нет шестнадцати весен.
- Весенний дождь ее питал. - Змей не понял как дерево может быть несовершеннолетним и на всякий случай продолжил говорить о природе.
- В каком смысле питал? - запунцовела от смущения Гремучая Река - Весенний Дождь - великий воин! Белая Акация не подходит ему.
- Весенний дождь - это влага, льющаяся с небес весной, а никакой не воин. - возразил Великий Змей.
- Влага, Льющаяся с Небес - это моя двоюродная тетя! - рассердилась Гремучая Река - Я не позволю говорить о ней скабрезности! Она вдвое старше Весеннего дождя!
- Я не говорю о твоей тете, скво! - начал сердится Великий Змей - Я говорю о дожде. Простом дожде!
- Ааа. Простой Дождь - другое дело. Он в самом деле жил когда-то с тетей. Но это было давно....
- Великий Маниту!!! - вздохнул Великий Змей - Ну почему у моего вигвама сидит дура? Дождь - это дождь! Природное явление! Влага, льющаяся с небес! Превращающая землю в грязь, в которой вязнут бизоны!!!
- Я не понимаю, вождь. Я честно пытаюсь понять, но не понимаю. Зачем это бессмысленное перемывание косточек? Зачем это перечисление имен? Влага - моя тетя. Весенний Дождь - гурон. Простой Дождь - сиу, живший с Влагой когда-то. Природное Явление - шаман комманчей. Грязь, в Которой Вязнут Бизоны - жена Великого Бизона. Все эти люди никак не связаны! Зачем все в кучу-то мешать?
- Иди сюда, скво! - Великий Змей потащил Гремучую Реку через поляну - Видишь дерево? Видишь?! Это - белая акация!!
- И совсем не похоже. Белая Акация - толстая и малость кособокая. А это дерево - стройное и красивое! Это скорей - Быстроногая Лань!
- Ёёё... А я-то дурак, хотел рассказать как я убил лань на охоте неделю назад! - вздохнул Змей - Слава тебе Маниту!
- ТЫ убил Лань?!! - побледнела Гремучая Река
- Нет!!!! Я убил бизона! А нет!! Я не убивал Великого Бизона! Стоп-стоп!! Ты знаешь зайца? - решил он уточнить сперва
- Быстроного Зайца, Макаречивеподоного Зайца, Раненного Зайца или Плодовитого Зайца? - деловито уточнила жена.
- Фак! - ругнулся на непонятном языке Великий Змей - Я вообще не был на охоте. Как я мог кого-то убить?
- Ааа. - успокоилась жена - Я хотела тебе сказать, Великий Змей.. У нас будет ребенок.. Я надеюсь что это будет сын, который вырастет великим воином и величайшим вождем. И назовем мы его...
- Андрейкой!!! - заорал Великий Змей - Андрейкой мы его назовем! Андрей Великозмеевич! Я все сказал, скво!!!
Я нашёл вам сокровища, а вы проворонили шхуну. Не желаю быть капитаном у таких дураков!"(с)

Оффлайн mookomaan

  • Медвежьи дни
  • Участник форума
  • *
  • Сообщений: 549
    • Mookomaan home page
Re: Сказки в "гоблинском переводе"
« Ответ #9 : 27 Февраля 2006, 14:57:49 »
 ;D ;D ;D ;Dлежалподстолом!!!

Tokala Chikalawin

  • Гость
Re: Сказки в "гоблинском переводе"
« Ответ #10 : 27 Февраля 2006, 17:08:58 »
Что, прямо вот так приедешь и научишь английскому?А одна или с кузнецовым?

Да запросто! :) Могу также и испанскому (серёзно) :D. А кто такой Кузнецов? ???

Оффлайн Bisonъ

  • админъ
  • Заслуженный участник форума
  • Сообщений: 4330
    • этот
Re: Сказки в "гоблинском переводе"
« Ответ #11 : 27 Февраля 2006, 22:13:51 »
Был такой разведчик - Николай Кузнецов. А это наверное родственник...
Я нашёл вам сокровища, а вы проворонили шхуну. Не желаю быть капитаном у таких дураков!"(с)

Оффлайн Bisonъ

  • админъ
  • Заслуженный участник форума
  • Сообщений: 4330
    • этот
Re: Сказки в "гоблинском переводе"
« Ответ #12 : 02 Марта 2006, 15:10:32 »
Предлагается гоблинский перевод произведений Фенимора Купера, выполненный Марком Твеном. 


Литературные грехи Фенимора Купераindianerfilm/home.html
библиотека
            "Следопыт" и "Зверобой" - вершины творчества Купера. В других его
      произведениях встречаются отдельные места, не уступающие им по
      совершенству, и даже сцены более захватывающие. Но, взятое в целом, ни
      одно из них не выдерживает сравнения с названными шедеврами.
            Погрешности в этих двух романах сравнительно невелики. "Следопыт" и
      "Зверобой"- истинные произведения искусства". - Проф. Лонсбери.
      * * *
            "Все пять романов говорят о необычайно богатом воображении автора.
            ...Один из самых замечательных литературных героев Натти Бампо...
      Сноровка обитателя лесов, приемы трапперов, удивительно тонкое знание леса
      - все это было понятно и близко Куперу с детских лет". - Проф. Брандер
      Мэтьюз.
      * * *
            "Купер - величайший романтик, ему нет равного во всей американской
      литературе". - Уилки Коллинз.


      Марк Твен
      Литературные грехи Фенимора Купера
      "Fenimore Cooper's Literary Offenses"
      by Mark Twain
      1895
       
      MARK TWAIN
      America's Best Humorist
      (From Puck Magazine, 16 December 1885)
      * * *
      оригинальный текст:
      PBS - Mark Twain: Fenimore Cooper's Literary Offenses
      или
      Fenimore Cooper's Literary Offenses



          Любителям "индейской" литературы рекомендую романы "Прогалины в
      дубровах" и "Долина Виш-Тон-Виш", недавно опубликованные в серии
      "Неизвестный Фенимор Купер" (Научно-издательский центр "Ладомир",
      Москва)Мне кажется, что профессору английской литературы Йельского
      университета, профессору английской литературы Колумбийского университета,
      а также Уилки Коллинзу не следовало высказывать суждения о творчестве
      Купера, не удосужившись прочесть ни одной его книги. Было бы значительно
      благопристойнее помолчать и дать возможность высказаться тем людям,
      которые его читали.
          Да, в произведениях Купера есть погрешности. В своем "Зверобое" он
      умудрился всего лишь на двух-третях страницы согрешить против законов
      художественного творчества в 114 случаях из 115 возможных. Это побивает
      все рекорды.
          Существуют девятнадцать законов, обязательных для художественной
      литературы (кое-кто говорит, что их даже двадцать два). В "Зверобое" Купер
      нарушает восемнадцать из них. Каковы же эти восемнадцать законов?
          1. Роман должен воплотить авторский замысел и достигнуть какой-то
      цели. Но "Зверобой" не воплощает никакого замысла и никакой цели не
      достигает.
          2. Эпизоды романа должны быть неотъемлемой его частью, помогать
      развитию действия. Но поскольку "Зверобой", по сути дела, не роман,
      поскольку в нем нет ни замысла, ни цели, эпизоды в нем не занимают своего
      законного места, им нечего развивать.
          3. Героями произведения должны быть живые люди (если только речь идет
      не о покойниках), и нельзя лишать читателя возможности уловить разницу
      между теми и другими, что в "Зверобое" часто упускается из виду.
          4. Все герои, и живые и мертвые, должны иметь достаточно веские
      основания для пребывания на страницах произведения, что в "Зверобое" также
      часто упускается из виду.
          5. Действующие лица должны говорить членораздельно; их разговор должен
      напоминать человеческий разговор и быть таким, какой мы слышим у живых
      людей при подобных обстоятельствах, и чтобы можно было понять, о чем они
      говорят и зачем, и чтобы была хоть какая-то логика, и разговор велся хотя
      бы по соседству с темой, и чтобы он был интересен читателю, помогал
      развитию сюжета и кончался, когда действующим лицам больше нечего сказать.
      Купер пренебрегает этим требованием от начала и до конца романа
      "Зверобой".
          6. Слова и поступки персонажа должны соответствовать тому, что говорит
      о нем автор. Но в "Зверобое" этому требованию почти не уделяется внимание,
      о чем свидетельствует хотя бы образ Натти Бампо.
          7. Речь действующего лица, в начале абзаца, позаимствованная из
      роскошного, переплетенного, с узорчатым тиснением и золотым обрезом тома
      "Friendship", не должна переходить в конце этого же абзаца в речь комика,
      изображающего безграмотного негра. Но Купер безжалостно надругался над
      этим требованием.
          8. Герои произведения не должны навязывать читателю мысль, будто бы
      грубые трюки, к которым они прибегают по воле автора, объясняются
      "сноровкой обитателя лесов, удивительно тонким знанием леса". В "Зверобое"
      это требование постоянно нарушается.
          9. Герои должны довольствоваться возможным и не тщиться совершать
      чудеса. Если же они и отваживаются на что-нибудь сверхъестественное, дело
      автора представить это как нечто достоверное и правдоподобное. Купер
      относится к этому требованию без должного уважения.
          10. Автор должен заставить читателей интересоваться судьбой своих
      героев, любить хороших людей и ненавидеть плохих. Читатель же "Зверобоя"
      хороших людей не любит, к плохим безразличен и от души желает, чтобы черт
      побрал их всех - и плохих и хороших.
          11. Авторская характеристика героев должна быть предельно точна, так
      чтобы читатель мог представить себе, как каждый из них поступит в тех или
      иных обстоятельствах. Купер забывает об этом.
          Кроме этих общих требований, существуют и несколько более конкретных.
          Автор обязан:
          12. Сказать то, что он хочет сказать, не ограничиваясь туманными
      намеками.
          13. Найти нужное слово, а не его троюродного брата.
          14. Не допускать излишнего нагромождения фактов.
          15. Не опускать важных подробностей.
          16. Избегать длиннот.
          17. Не делать грамматических ошибок.
          18. Писать простым, понятным языком.
          Автор "Зверобоя" с холодным упорством проходит мимо и этих требований.

          Купер не был одарен богатым воображением; но то немногое, что имел, он
      любил пускать в дело. Он искренно радовался своим выдумкам и, надо отдать
      ему справедливость, кое-что у него получалось довольно мило. В своем
      скромном наборе бутафорских принадлежностей он бережно хранил несколько
      трюков, при помощи которых его дикари и бледнолицые обитатели лесов
      обводили друг друга вокруг пальца, и ничто не приносило ему большей
      радости, чем возможность приводить этот нехитрый механизм в действие. Один
      из его излюбленных приемов заключался в том, чтобы пустить обутого в
      мокасины человека по следу ступающего в мокасинах врага и тем самым скрыть
      свои собственные следы. Купер пользовался этим приемом так часто, что
      износил целые груды мокасин. Из прочей бутафории он больше всего ценил
      хрустнувший сучок. Звук хрустнувшего сучка услаждал его слух, и он никогда
      не отказывал себе в этом удовольствии. Чуть ли не в каждой главе у Купера
      кто-нибудь обязательно наступит на сучок и поднимет на ноги всех
      бледнолицых и всех краснокожих на двести ярдов вокруг. Всякий раз, когда
      герой Купера подвергается смертельной опасности и полная тишина стоит
      четыре доллара в минуту, он обязательно наступает на предательский сучок,
      даже если поблизости есть сотня предметов, на которые гораздо удобнее
      наступить. Купера они явно не устраивают, и он требует, чтобы герой
      осмотрелся и нашел сучок или, на худой конец, взял его где-нибудь
      напрокат. Поэтому было бы правильнее назвать этот цикл романов не "Кожаный
      Чулок", а "Хрустнувший Сучок". К сожалению, недостаток места не позволяет
      мне привести несколько десятков примеров "удивительно тонкого знания леса"
      из практики Натти Бампо и других куперовских специалистов. Все же
      отважимся на несколько иллюстраций. Купер был моряком, морским офицером;
      тем не менее, он совершенно серьезно говорит о шкипере, ведущем судно в
      штормовую погоду к определенному месту подветренного берега, потому что
      ему, видите ли, известно какое-то подводное течение, способное
      противостоять шторму и спасти корабль. Это здорово для любого, кто бы ни
      написал, знаток ли лесов, или знаток морей. За несколько лет службы на
      флоте Купер, казалось бы, мог приглядеться к пушкам и заметить, что, когда
      падает пушечное ядро, оно или зарывается в землю, или отскакивает футов на
      сто, снова отскакивает, и так до тех пор, пока не устанет и не покатится
      по земле. И вот один из эпизодов. Ночью Купер оставляет несколько "нежных
      созданий", под каковыми подразумеваются женщины, в лесу, недалеко от
      опушки, за которой начинается скрытая туманом равнина, - оставляет
      нарочно, для того чтобы дать возможность Бампо похвастаться перед
      читателями "удивительно тонким знанием леса". Заблудившиеся люди ищут
      форт. До них доносится грохот пушки, ядро вкатывается в лес и
      останавливается прямо у их ног. Для женщин это пустой звук, а вот для
      несравненного Бампо... Не сойти мне с этого места, если он не вышел по
      следу пушечного ядра сквозь сплошной туман прямо к форту. Не правда ли,
      мило? Может быть, Купер и знал законы природы, но он очень умело это
      скрывал. Например, один из его проницательных индейских специалистов
Я нашёл вам сокровища, а вы проворонили шхуну. Не желаю быть капитаном у таких дураков!"(с)

Оффлайн Bisonъ

  • админъ
  • Заслуженный участник форума
  • Сообщений: 4330
    • этот
Re: Сказки в "гоблинском переводе"
« Ответ #13 : 02 Марта 2006, 15:11:38 »
      Чингачгук (произносится, очевидно, Чикаго) потерял след человека, за
      которым он гонится по лесу. Совершенно очевидно, что дело безнадежное. Ни
      вы, ни я никогда бы не нашли этого следа. Но Чикаго - совсем другое дело.
      Уж он-то не растерялся. Отведя ручей, он разглядел следы мокасин в вязком
      иле старого русла. Вода не смыла их, как это произошло бы во всяком другом
      случае - нет, даже вечным законам природы приходится отступить, когда
      Купер хочет пустить читателю пыль в глаза своими лесными познаниями.
         Когда Брандер Мэтьюз заявляет, что романы Купера "говорят о необычайно
      богатом воображении автора", это настораживает. Как правило, я охотно
      разделяю литературные взгляды Брандера Мэтьюза и восхищаюсь ясностью и
      изяществом его стиля, но к этому его утверждению следует отнестись весьма
      и весьма скептически. Видит бог, воображения у Купера было не больше, чем
      у быка, причем я имею в виду не рогатого, мычащего быка, а промежуточную
      опору моста. В романах Купера очень трудно найти действительно интересную
      ситуацию, но еще трудней найти такую, которую ему не удалось бы довести до
      абсурда своей манерой изложении. Взять хотя бы эпизоды в пещере;
      знаменитую потасовку на плато с участием Макуа несколько дней спустя;
      любопытную переправу Гарри Непоседы из замка в ковчег; полчаса,
      проведенные Зверобоем около своей первой жертвы; ссору между Гарри
      Непоседой и Зверобоем, и... но вы можете остановить свой выбор на любом
      другом эпизоде и, я уверен, вы не ошибетесь. Воображение у Купера работало
      бы лучше, если бы он обладал способностью наблюдать: он писал бы если не
      увлекательнее, то, по крайней мере, более разумно и правдоподобно.
      Отсутствие наблюдательности сильно сказывается на всех хваленых
      куперовских "ситуациях". У Купера был удивительно неточный глаз. Он редко
      различал что-либо отчетливо, обычно предметы расплывались у него перед
      глазами. Разумеется, человеку, который не видит отчетливо самые обычные,
      повседневные предметы, окружающие его, приходится трудно, когда он берется
      за "ситуации". В романе "Зверобой" Купер описывает речку, берущую начало
      из озера, и ширина ее у истока - 50 футов, но затем она сужается до 20
      футов. Почему? Непонятно. Но ведь если река позволяет себе такие вещи,
      читатель вправе потребовать объяснения. Через четырнадцать страниц мы
      узнаем, что ширина речки у истока неожиданно сузилась до 20 футов и стала
      "самой узкой частью реки". Почему она сузилась? Тоже неизвестно. Река
      образует излучины. Ну, ясно, берега наносные, и река размывает их; но вот
      Купер пишет, что длина этих излучин не превышает 30-50 футов. Будь Купер
      наблюдательнее, он бы заметил, что обычная-то длина таких излучин меньше
      чем 900 футов не бывает.
          Непонятно, почему в первом случае ширина реки у истока 50 футов,
      однако можно догадаться, что во втором случае Купер сузил ее до 20 футов,
      чтобы услужить индейцам. Сузив в этом месте речку, он дугой перегнул над
      ней молодое деревце и спрятал в его листве шесть индейцев. Они
      подкарауливают ковчег с переселенцами, направляющийся вверх по реке к
      озеру; ковчег движется против сильного течения, его подтягивают на канате,
      один конец которого с якорем брошен в озеро; скорость ковчега в таких
      условиях не может превышать милю в час. Купер описывает плавучее жилище,
      но очень невразумительно. Оно было "чуть побольше современных плоскодонных
      барок, плавающих по каналам". Ну, допустим, что длина его была около 140
      футов. Ширина его "превышала обычную". Допустим, следовательно, что ширина
      составляла 16 футов. Этот левиафан крадется вдоль излучин, длина которых в
      три раза меньше его длины, и буквально задевает берега, так как отстоит от
      них всего на два фута с каждой стороны. Право же, от удивления трудно
      прийти в себя. Низкая бревенчатая хижина занимает "две трети ковчега в
      длину"-значит, имеет 90 футов в длину и 16 в ширину, то есть по размерам
      напоминает железнодорожный вагон. Эта хижина разделена на две комнаты.
      Прикинем, что длина каждой из них - 45 футов, а ширина - 16 футов. Одна из
      них - спальня Джудит и Хетти Хаттер, вторая - днем столовая, а ночью
      спальня их папаши. Итак, ковчег приближается к истоку, который Купер для
      удобства индейцев сузил до 20, даже до 18 футов. Теперь он отстоит на фут
      от каждого берега. Замечают ли индейцы опасность, грозящую ковчегу,
      замечают ли они, что есть прямой смысл слезть с дерева и просто ступить на
      борт, когда ковчег будет протискиваться к озеру? Нет, другие индейцы
      наверняка бы заметили это, но куперовские индейцы ничего не замечают.
      Купер полагал, что они чертовски наблюдательны, но почти всегда
      переоценивал их возможности. У него редко найдешь толкового индейца.
          Длина ковчега - 140 футов, длина хижины - 90. План индейцев
      заключается в том, чтобы осторожно и бесшумно прыгнуть из засады на крышу,
      когда ковчег будет проползать под деревом, и вырезать семью Хаттеров.
          Полторы минуты находится ковчег под деревом, минуту под ним находится
      хижина длиною в 90 футов. Ну а что же делают индейцы? Можете ломать себе
      голову хоть тридцать лет, все равно не догадаетесь. Поэтому я вам лучше
      расскажу, что они делали. Их вождь, человек необычайно умный для
      куперовского индейца, осторожно наблюдал из своего укрытия, как внизу с
      трудом протискивался ковчег, и когда, по его расчетам, настало время
      действовать, он прыгнул и... промахнулся! Ну да, промахнулся и упал на
      корму. Не с такой уж большой высоты он упал, однако потерял сознание. Будь
      длина хижины 97 футов, он бы прыгнул куда удачнее. Так что виноват Купер,
      а не он. Это Купер неправильно построил ковчег. Он не был архитектором.
          Но на дереве оставалось еще пять индейцев. Ковчег миновал засаду и был
      практически недосягаем. Я вам расскажу, как они поступили, самим вам не
      додуматься. № 1 прыгнул и упал в воду за кормой. За ним прыгнул № 2 и упал
      дальше от кормы. Потом прыгнул № 3 и упал совсем далеко от кормы. За ним
      прыгнул № 4 и упал еще дальше. Потом прыгнул и № 5 - потому что он был
      куперовский индеец. В смысле интеллектуального развития разница между
      индейцем, действующим в романах Купера, и деревянной фигурой индейца у
      входа в табачную лавку очень невелика. Эпизод с ковчегом - поистине
      великолепный взлет воображения, но он не волнует, так как неточный глаз
      автора сделал его совершенно неправдоподобным, лишен плоти и крови. Вот
      что значит быть плохим наблюдателем! В том, что Купер был на редкость
      ненаблюдателен, читатель может убедиться, ознакомившись с эпизодом
      стрелкового состязания в "Следопыте".
          "Обычный железный гвoздь слегка вогнали в мишень, предварительно
      окрасив eго шляпку".
          В какой цвет, не указано - важное упущение, но Купер - мастак по части
      важных упущений! Впрочем, это даже не такое уж важное упущение, потому что
      шляпка гвоздя находится в ста ярдах от стрелков, и какого бы она цвета ни
      была, они не могут увидеть ее. На каком расстоянии самый острый глаз
      различит обыкновенную муху? В ста ярдах? Но это абсолютно невозможно. Так
      вот, глаз, который не увидит муху на расстоянии ста ярдов, не увидит и
      шляпку обычного гвоздя, поскольку они одинаковой величины. Чтобы увидеть
      муху или шляпку гвоздя в 50 ярдах, то есть в 150 футах, и то нужен острый
      глаз. Вы, читатель, на это способны?
          Обыкновенный гвоздь с окрашенной шляпкой слегка вогнали в мишень, и
      соревнование началось. Тут-то и пошли чудеса. Пуля первого стрелка сорвала
      с гвоздя кусочек шляпки; пуля следующего стрелка вогнала гвоздь немного
      глубже в доску, и вся краска с него стерлась. Хорошенького понемножку, не
      правда ли? Но Купер не согласен. Ведь цель его - дать возможность своему
      удивительному Зверобою - Соколиному Глазу - Длинному Карабину - Кожаному
      Чулку - Следопыту - Бампо порисоваться перед дамами..
          "- Приготовьтесь-ка решить спор, друзья, - крикнул Следопыт, занимая
      место предыдущего стрелка, едва тот отошел. - Не нужно нового гвоздя,
      ничего, что с него стерлась краска, я его вижу, а в то, что вижу, могу
      попасть и в ста ярдах, будь это хоть глаз москита. Приготовьтесь-ка решить
      спор! - Раздался выстрел, просвистела пуля, и кусок расплющенного свинца
      вогнал шляпку гвоздя глубоко в дерево".
          Вы видите, перед вами человек, который может подстрелить муху! Живи он
      в наши дни, он затмил бы всех артистов из представления "Ковбои Дикого
      Запада" и заработал колоссальные деньги.
          Проявленная Следопытом ловкость сама по себе удивительна, однако
      Куперу этого показалась мало, и он решил кое-что добавить. По воле Купера
      Следопыт совершает это чудо с чужим ружьем и даже сам его не заряжает. Все
      было против Следопыта, но этот непостижимый выстрел был сделан, причем с
      абсолютной уверенностью в успехе: "Приготовьтесь-ка решить спор!" Впрочем,
      Следопыт и ему подобные могли бы попасть в цель и кирпичом, - с помощью
      Купера, разумеется. 
          В этот день Следопыт вполне покрасовался перед дамами. С самого начала
      он блеснул остротой зрения, о какой артисты - "Ковбои Дикого Запада" не
      смеют и мечтать. Он стоял там же, где и другие стрелки, в ста ярдах от
      мишени, заметьте, и наблюдал; некто Джаспер прицелился и выстрелил - пуля
      пробила самый центр мишени. Затем спустил курок квартирмейстер. Нового
      отверстия на мишени не появилось. Послышался смех. "Промах!" - сказал
      майор Лэнди. Следопыт выдержал внушительную паузу и сказал спокойно, с
      присущим ему безразличным видом всезнайки: "Нет, майор, взглянув на
      мишень, всякий убедится, что его пуля попала на пулю Джаспера". Вот
      здорово! Как он мог проследить полет пули и на таком расстоянии
      определить, что она попала в то же отверстие? Тем не менее, ему это
      удалось - разве может что-либо не удасться героям Купера! Ну, а остальные?
      Неужели они даже в глубине души не усомнились в правдивости его слов? Нет,
      для этого потребовался бы здравый смысл, а ведь они - персонажи Купера.
          "Уважение к мастерству Следопыта и к остроте его зрения (курсив мой)
      было таким всеобщим и глубоким, что едва он произнес эти слова, как все
      зрители начали сомневаться в справедливости собственного мнения, и человек
      двенадцать бросилось к мишени, чтобы освидетельствовать ее. Они
      обнаружили, что пуля квартирмейстера действительно прошла через то самое
      отверстие, которое пробила пуля Джаспера, и с такой точностью, что это
      можно было установить лишь путем тщательного осмотра; но две пули,
      найденные в стволе дерева, к которому была прибита мишень, окончательно
      убедили всех в правоте Следопыта".
          Итак, они "бросились к мишени, чтобы освидетельствовать ее", но каким
      образом они узнали, что в стволе дерева было две пули? В этом можно было
      убедиться, лишь вынув вторую, потому что видна и ощутима была лишь одна.
      Но они этого не сделали, что мы увидим в дальнейшем. Настал черед
      Следопыта. Он встал в позу перед дамами и выстрелил.
          Но боже, какое разочарование! Случилось что-то непостижимое - вид
      мишени не изменился, пробит по-прежнему лишь центр белого кружка.
          "- Посмей я предположить такое, - воскликнул майор Дункан, - я бы
Я нашёл вам сокровища, а вы проворонили шхуну. Не желаю быть капитаном у таких дураков!"(с)

Оффлайн Bisonъ

  • админъ
  • Заслуженный участник форума
  • Сообщений: 4330
    • этот
Re: Сказки в "гоблинском переводе"
« Ответ #14 : 02 Марта 2006, 15:13:02 »
сказал, что Следопыт тоже промахнулся!" Поскольку никто еще не
      промахнулся, "тоже" совершенно излишне, но, бог с ним, Следопыт собирается
      что-то сказать.
          "- Нет, нет, майор, - уверенно возразил Следопыт, - это было бы
      неверное предположение. Я не заряжал ружья и не знаю, что в нем было, но
      если свинец, я ручаюсь, что моя пуля сейчас на пулях Джаспера и
      квартирмейстера, или я не Следопыт. Возле мишени раздались одобрительные
      восклицания: Следопыт оказался прав".
          Может быть, хватит чудес? Нет, Куперу и этого мало.
          "Медленно приближаясь к скамьям, где сидели дамы. Следопыт добавил:
      "Нет, это еще не все, друзья, это еще не все! Если вы обнаружите, что пуля
      хоть слегка коснулась мишени, тогда считайте, что я промахнулся. Пуля
      квартирмейстера увеличила отверстие, но вы не отыщете и царапины от моей
      пули".
          Наконец-то мы получили полное представление о совершившемся чуде.
      Следопыт знал и, несомненно, видел на расстоянии ста ярдов, что его пуля
      не увеличила отверстия. Итак, это была уже третья пуля. Три пули одна за
      другой вошли в ствол дерева и застряли в нем. Каким-то образом все об этом
      узнали, хотя никому не пришло в голову убедиться, так ли это, вытащив хоть
      одну из них! Наблюдательность была несвойственна Куперу, но писал он
      занимательно.
          Причем, чем меньше он сам разбирался в том, что писал, тем
      занимательнее у него получалось. Это весьма ценный дар. Речь персонажей
      Купера звучит несколько странно в наши дни. Поверить в то, что люди
      изъяснялись таким образом, значило бы поверить, что было время, когда
      человек, испытывавший потребность высказаться, меньше всего думал о
      времени; когда было в обычае растягивать на десять минут то, что можно
      сказать за две; когда рот человека был рельсопрокатным станом, где в
      течение всего дня четырехфутовые болванки мыслей раскатывались в
      тридцатифутовые рельсы слов; когда от темы разговора уклонялись так
      далеко, что не могли найти дорогу обратно; когда изредка в словесной
      чепухе попадалась разумная мысль - разумная мысль со смущенным видом
      незваной гостьи.
          Да, диалоги Куперу явно не давались. Недостаток наблюдательности
      подводил его и здесь. Он не заметил даже того, что человек, который
      говорит безграмотно шесть дней в неделю, и на седьмой не может удержаться
      от соблазна. В "Зверобое" герой то изъясняется витиеватым книжным языком,
      то переходит на вопиющий жаргон. Когда Зверобоя спрашивают, есть ли у него
      невеста и где она живет, он величественно отвечает:
          "Она в лесу - в склоненных ветвях дерев, в мягком теплом дожде, в
      светлой росе на зеленой травинке; она - облака, плывущие по голубому небу,
      птицы, распевающие в лесах, чистый родник, утоляющий жажду; и все другие
      щедрые дары провидения - тоже она".
          А в другом месте он говорит:
          "Будь я рожден индейцем, так не стал бы молчать, уж будьте уверены! И
      скальп бы содрал, да еще бахвалился бы таким геройством перед всей
      компанией", или: "ежели бы моим недругом был медведь..." (и т. д.).
          Мы не можем представить себе, чтобы командир форта, ветеран-шотландец,
      держался на поле боя как бездарный мелодраматический актер, а вот Купер
      мог.
          Алиса и Кора, спасаясь ог французов, бегут к форту, которым командует
      их отец.
          "- Point de quartier aux coquins!" - крикнул один из преследователей,
      казалось направлявший остальных.
          - Стойте твердо, мои храбрые солдаты, приготовиться к бою! - внезапно
      раздался голос сверху. - Подождите, пока не покажется враг, стреляйте
      вниз, по переднему скату бруствера!
          - Отец, отец! - послышался пронзительный крик из тумана. - Это я,
      Алиса, твоя Эльси! О, пощади! О, спаси своих дочерей!
          - Стойте! - прозвучал тот же голос, исполненный отцовской третоги и
      боли, и звуки его достигли леса и отдались эхом - Это она! Господь вернул
      мне моих детей! Откройте ворота! В бой, мои молодцы, вперед! Не спускайте
      курков, чтобы не убить моих овечек! Отбейте проклятых французов штыками!"
          У Купера было сильно притуплено чувство языка. Если у человека нет
      музыкального слуха, он фальшивит, сам того не замечая, и можно лишь гадать
      о том, какую он поет песню. Если человек не улавливает разницы в значении
      слов, он тоже фальшивит. Мы догадываемся, что именно он хочет сказать, и
      понимаем, что он этого не говорит. Все это можно отнести к Куперу. Он
      постоянно брал не ту ноту в литературе, довольствовался похожей по
      звучанию.
          Чтобы не быть голословным, приведу несколько дополнительных улик. Я
      обнаружил их всего лишь страницах на шести романа "Зверобой".
          Купер пишет "словесный" вместо "устный", "точность" вместо "легкость",
      "феномен" вместо "чудо", "необходимый" вместо "предопределенный",
      "безыскусный" вместо "примитивный", "приготовление" вместо "предвкушение",
      "посрамленный", вместо "пристыженный", "зависящий от" вместо "вытекающий
      из", "факт" вместо "условие", "факт" вместо "предположение",
      "предосторожность" вместо "осторожностъ", "объяснять" вместо "определять",
      "огорченный" вместо "разочарованный", "мишурный" вместо "искусственный",
      "важно" вместо "значительно", "уменьшающийся" вместо "углубляющийся",
      "возрастающий" вместо "исчезающий", "вонзенный" вместо "вложенный",
      "вероломный" вместо "враждебный", "стоял" вместо "наклонился", "смягчил"
      вместо "заменил", "возразил" вместо "заметил", "положение" вместо
      "состояние", "разный" вместо "отличный от", "бесчувственный" вместо
      "нечувствительный", "краткость" вместо "быстрота", "недоверчивый" вместо
      "подозрительный", "слабоумие ума" вместо "слабоумие", "глаза" вместо
      "зрение", "противодейство" вместо "вражда", "скончавшийся покойник" вместо
      "покойник".
          Находились люди, бравшие на себя смелость утверждать, что Купер умел
      писать по-английски. Из них в живых остался лишь Лонсбери. Я не помню,
      выразил ли он эту мысль именно в таких словах, но ведь он заявил, что
      "Зверобой" - истинное произведение искусства".
          "Истинное" - значит, безупречное, безупречное во всех деталях, а язык
      - деталь немаловажная. Если бы мистер Лонсбери сравнил язык Купера со
      своим..., но он этого не сделал и, вероятно, по сей день воображает, что
      Купер писал так же ясно и сжато, как он сам. Что же касается меня, то я
      глубоко и искренне убежден в том, что хуже Купера никто по-английски не
      писал и что язык "Зверобоя" не выдерживает сравнения даже с другими
      произведениями того же Купера. Возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, что
      "Зверобой" никак нельзя назвать произведением искусства; в нем нет
      абсолютно ничего от произведения искусства; по-моему, это просто
      литературный бред с галлюцинациями.
          Как же можно назвать это произведением искусства? Здесь нет
      воображения, нет ни порядка, ни системы, ни последовательности, ни
      результатов; здесь нет жизненности, достоверности, интригующих и
      захватывающих эпизодов; герои описаны сумбурно и всеми своими поступками и
      речами доказывают, что они вовсе не те люди, какими автор желает их
      представить; юмор напыщенный, а пафос комичный, диалоги неописуемы,
      любовные сцены тошнотворны, язык - вопиющее преступление.
          Если выбросить все это, остается искусство. Думаю, что вы со мной
      согласны.



Я нашёл вам сокровища, а вы проворонили шхуну. Не желаю быть капитаном у таких дураков!"(с)